Спецпредставитель на Северном Кавказе. Уроки истории и что делать?

Как бы подразумевается незыблемость всего каркаса «вертикали», законов и прочих ведомственных актов, равно как и методов решения проблем. Но при таком (персоналистском) подходе ничего путного не получится из проекта «спецпредставителя» по СК. Спецпредставитель должен располагать соответствующими «инструментами» и механизмами, оставаясь при этом в пределах конституций РФ и республик региона. Ибо «старые» методы и способы исчерпали себя, вместе с их носителями и апологетами. Нужны новая концепция и методы. Силовой фактор, в форме неумной силы, почти дискредитировал себя, ибо на силу стали отвечать силой; на скрытый террор – ответным, открытым террором. Одна бессудная расправа провоцирует уход десятков в экстремистское подполье. А в итоге, в Северо-Восточном Кавказе мы вправе говорить о появлении внесистемной оппозиции и легитимности подполья в определенных общинах и социальных слоях. Таков результат некритического усвоения импортных методов КТО (перманентной борьбы с «международным терроризмом») на концептуальном (федеральном) уровне, и элементов перерождения в рядах силовиков и правоохранителей - на региональном уровне. На реализацию КТО в регионе, из федерального бюджета, выделяются громадные средства, и соблазн их «техничной» утилизации очень велик. Динамика диверсий и терактов в регионе такова, что впору срочно созывать авторитетный «консилиум» из экспертов понимающих ситуацию и движущие пружины конфликта изнутри.
Что касается денег(субвенций, субсидий и пр.), то они имеют одну особенность: их «бескорыстно» любят почти все, кто близко стоят к финансовым потокам. Благо и в федеральном центре – главном распределителе огромных средств - сильна коррупционная составляющая. «Грех» не воспользоваться такими возможностями. За последние 15-18 лет принимались множество программ социально- экономического развития («Юг России», отдельные программы по республикам и т.д.), но они не дали должного результата. И не дадут, ибо механизм их освоения, стимулирования предпринимательства громоздок, забюрократизирован и дает сбои в форме неприкрытого распила выделенных средств. Распил (в РФ, а в регионе, в особенности,) так же вечен, как и борьба с ним. И тем не менее, вновь и вновь региональные чиновники повторяют одну и ту же мантру: «дайте денег!».
А можно ли как то по иному, чтоб был эффект и польза для страны и народов региона? Чтобы обуздать как то и коррупцию наряду с местными олигархами, и беспредел «силовиков», и чтобы денежки не растекались по карманам мздоимцев, и чтобы, наконец, боевики - «лесные братья» не чувствовали себя героями. А они между тем, с каждым потерянным месяцем, наращивают свой символический капитал. И на то есть причины, ибо часть молодежи, особо остро воспринимающая несправедливость и пороки окружающей жизни(в особенности, если они затронули их лично, или их родственников) легко подпадаю под обаяние ложной романтики «джихадизма». Может пора менять сам подход и методы, провести своеобразную ревизию «старой» концептуальной базы?
Моделирование ситуации в целом в регионе и в республиках СВК, которое провели мы в рамках Научно –проектного совета Российского конгресса народов Кавказа (РКНК), позволило выявить главные источники нестабильности и «помехи» нормальному развитию. Они в основном носят внеэкономический характер: политический с этническим «привкусом», внутриконфессиональный, социально- нравственный. Экономические проблемы (безработица, бедность и пр.) составляют лишь тот фон, на котором разворачивается социо- политическая драма. И потому, чтобы методы соответствовали критерию адекватности( были эффективны), они должны носить внеэкономический характер. Просто «старая» марксистско –ленинская закваска мешают многим выявить такую связь; а чиновники по определению видят только один фактор во всех бедах, в виде финансов. Так, что при минимуме ресурсных вложений достаточно эффективно можно нейтрализовать многие источники нестабильности.
«Но как? Это невозможно в принципе, зная, как сложно в регионе»- могут сказать скептики. Наш оптимизм основан на знании и понимании реалий в регионе; на принципиальной возможности позитивной «утилизации» того громадного потенциала, который имеется в регионе. Речь не о нефти или прочих природных ресурсах, а о людях. В регионе, безусловно, не все так просто с этим ресурсом. Придется основательно поработать, чтобы создать и запустить механизм «утилизации». Там, также, хватает людей со знаниями и пониманием ситуации даже больше, чем где либо. Но кое -что концептуально важное, на стыке разных сфер знания(экономики и политики, социальной и этнопсихологии, обычного права и законов) видно со стороны лучше и глубже. (Здесь и далее изложена очень краткая «выжимка» из доклада автора, представленного на «круглом столе» по ситуации в регионе, которую недавно провел РКНК).
Для начала надо основательно ревизировать методы КТО. Надо поменять установку на поддержание ситуации перманентного КТО; исключить внесудебные расправы. Вернуть силовую «машину» в правовое поле; возможно, восстановить практику амнистии. Во вторых, государство должно стать беспристрастным арбитром во внутриконфессиональном конфликте. Этот конфликт и участие (деструктивное) в нем государства - один из факторов пополнения экстремистского подполья. В третьих, надо попробовать внедрить в некоторых республик СК антикоррупционное законодательство, которое не прошло через «сито» федерального собрания. Почему бы не испытать в «живую» эти законопроекты в самом проблемном регионе? В четвертых, сделать опорной «точкой» нового подход в политике в регионе институты местного самоуправления и традиционной демократии; наладить диалог с общинами представляющими внесистемную оппозицию, включить их лидеров в новые и старые общественные структуры и наладить внутриконфессиональный диалог. Кстати, институты традиционной демократии в регионе сильны как нигде в России. В пятых, создать эффективный, с минимумом согласований, административных барьеров и возможностей распила, инвестиционный механизм в форме НКО «государственной инвестиционной корпорации»; желательно - на всей территории Юга России. Ну и т.д., здесь комплекс мер в рамках единого замысла и концепции, которые мог бы, на наш взгляд, координировать и проводить в жизнь спецпредставитель по региону. Таким образом, Юг России должен и может быть превращен в зону безопасности и образцовый полигон развития и синтеза традиций и новаций.
Не удержусь здесь от пары примеров из недавнего прошлого. Будучи полпредом ЮФО Дмитрий Козак четко обозначил стремление: во первых – понять, вникнуть в суть проблем в регионе во всей их полноте, причем не только из уст власть имущих, но и от гражданских структур; во вторых- твердо решать эти проблемы, даже вопреки сопротивлению местных властей и множеству соблазнов или расставленных «сетей». Он без особой дипломатии жестко укорял некоторых глав республик за коррупцию и чиновничий беспредел. Кроме того, Козак быстро ухватил потенциал (мобильность и предпринимательская активность) народов региона, сказав буквально следующее руководству КБР(в 2005 г.): «Да не мешайте вы людям работать, создайте им нормальные условия для предпринимательства и вы сами увидите результаты..»(цитирую по памяти). Кстати то, такого рода выводы подтверждается и социологическими исследованиями: в регионе 2,5-3,0 раза больше чем в России в целом тех, кто готов к предпринимательству и имеет «собственное дело». Экс- полпред ЮФО правильно «прочел» некоторые важные аспекты местной проблематики и повел себя адекватно, за что снискал большое уважение. Дальше надо было проработать системные и стратегически шаги. Но, увы.
Другой пример - из сравнительно далекого прошлого. Речь идет о Ермоловской эпохе в 20-е г. XIX века и последующем восстании в Чечне и Дагестане. Конечно, сейчас регион очень сильно интегрирован в Россию, что хорошо. И образовательный уровень повыше, и социальна и профессиональная структура существенно продвинутые. В общем, и время и ценности тоже отличаются. Но, фундаментальные «элементы» социальной культуры и этнопсихологии никуда не делись. Они видоизменились несколько, закрылись в «скорлупе» европеизированной (общероссийской) культурно- правовой системы, и проявляют себя в бесчисленных эпизодах жизни. Что- то подозрительно похожее мы наблюдаем и в феномене роста рядов экстремистского подполья в регионе. О чем речь?
Когда Ермолова «бросили» на Кавказ он заметил, что местные князья в Дагестане (ханы, уцмии, шамхалы) и десятки мини-республик из союзов общин- джамаатов живут своей вполне автономной жизнью, хотя и подписали договора о подданстве с Российской империей. Его предшественники особо не пытались вмешиваться (силой) в эту жизнь, несмотря на хлопоты, связанные с криминалом. Часто практикуемыми наказаниями были: лишение горцев (выходцев из особо «отличившихся» владений и общин) возможности торговать в пределах Империи или арест их коммерческих грузов; арест баранты особо своенравных общиг- джамаата, в период отгона на зимние (равнинные) пастбища и т.пр.
Ермолов же «прочел» ситуацию таким образом, что «Дело в слабости(трусости, осторожности) его предшественников, заигрывающих, якобы, с местными владетелями и сильными союзами общин; и что надобно силой привести горцев к безусловной покорности. Для чего необходимо законы Империи распространить во всем крае без всяких там извлечений и оглядок на местные обычаи и право». В общем, долой дипломатию и переговоры; подгоним «туземцев» под единый «знаменатель». Ибо горцы Кавказа, как он выразился однажды, понимают только силу. И что в итоге?
А в итоге из - за политической бездарности героя Бородина Россия пожинала бурю 30- летнего восстания в Дагестане и Чечне, с 1828 по 1859 г.г. Именно жесткие колониальные методы и политика унификации, спровоцировали это массовое восстание, унесшее более сотни тыс. жизней. Лишь в 50-х годы XIX века, благодаря уму и прозорливости фельдмаршала Барятинского и генерала Евдокимова, были внесены серьезные коррективы в политику в регионе, которые позволили замирить край. Все очень просто, и одновременно сложно. Сила пускалась в ход лишь в крайних случаях. В дело пошли и дипломатия, и демонстративное уважение к обычаям, религии и институтам созданным при имаме Шамиле. После окончательного покорения края, эти институты, включая и шариатский суд(с незначительными изменениями) были сохранены в неприкосновенности. Реализовывалась политика всеобщей амнистии и даже интеграции повстанческой элиты в областную и наибскую «верхушку» на уровне местного самоуправления; освобождения от воинской повинности. Благородство, ум и стратегический расчет (безопасность Империи и стабильность важнее, нежели мстительное чувство) все это было пущено в ход, чтобы замирить край. И это удалось, что позволило сохранить много тыс. жизней и восстановить мир на Восточном Кавказе.
Древняя китайская мудрость гласит, что нельзя допускать к политике военных(наместник на Кавказе, это прежде всего политик, и лишь затем военный) а вершина искусства победы над противником заключается в избегании сражений (и крови); в достижении победы путем тонких маневров и дипломатии. Иначе не оберешься беды. Таковы некоторые уроки недавнего и давнего прошлого. Важно их учесть и не наступать вновь «на грабли». Здесь «кавалерийские атаки», с мешками денег и неумной силой, принесут мало пользы. Нужен новый подход и адекватные методы, без чего институт спецпредставителя (президента РФ по региону) быстро дискредитирует себя.
Похожие статьи:
{related-news}
Добавить комментарий