Кто мы - "четвертая власть" или забор?

Кто-то очень умный, но явно не из наших краев, подбросил нам замечательную идею «четвертой власти». И мы поверили в нее, как в тот самый коммунизм, который вот-вот, ну уже, на горизонте.

Забыв об истине: если прессу освободили от «оков», объявили ее свободной, то она изначально не может быть властью, какой бы номер ей для этого ни цепляли. Власть – это жесткое управление обществом. Свободно рассуждающим гражданам, то есть нам с вами, господа журналисты, не место на мостике.

Контроль за управлением, формирование общественного мнения – это нам под силу, это наше поле. Разумеется, полуголодный, едва держащийся на ногах человек не может, не имеет права (да его и слушать никто не станет) учить, взывать к разуму общества, призывать его поддерживать или, наоборот, жестко критиковать сытых, вальяжных господ, вершащих полезные, либо абсолютно неприемлемые, преступные для общества законы.
Однако не наша ли, журналистов, вина, что мы оказались в таком полунищенском состоянии, разве нас, свободных и независимых, заставляли не замечать происходящего в открытую наглого передела собственности, ваучеризации, над которой мы хохотали в редакциях за чашкой ароматного кофе, но поддерживали на страницах своих свободных газет и журналов?

На наших глазах разваливалась экономика, которая худо-бедно, но кормила десятки миллионов сограждан, а мы поддерживали тех, кто сознательно лгал нам: мол, так надо, мы неконкурентоспособны.

Не кто-то посторонний, а мы, журналисты, в упор не замечали творящихся преступлений, радуясь только одному – говорить разрешили все, что на ум взбредет. И договорились до того, что не заметили: свобода-то – вещь вполне материальная, сказать, что хочешь, можно, но за бумагу, электроэнергию, за все услуги по выпуску газет и журналов платить-то надобно, и налоги при этом не забывать отдавать государству, чтобы оно нас защищало, пенсионеров кормило.

А бумага в руках ЗАО или ООО, хозяевам которых выгодно – рынок! – продавать ее дороже, получая 200 процентов прибыли. И электроэнергией владеют энергичные, волевые менеджеры, успешно «лоханувшие» всех нас своей ваучеризацией, которые также думают о прибылях «вверенных» им предприятий.

И все они правы. Пока мы, дураки, упивались подаренной свободой, они зарабатывали деньги, устраивались во власть. Мы выплескивали тонны помоев, непотребностей на общество, громили коммунизм, лишавший всех нас всяческих свобод и человеческой жизни (чтоб вилла трехэтажная, «мерседес» – себе, БМВ – жене, «ауди» – детям, чтоб отдых на Багамах, а в магазинах все, что душе хочется и за так), сражались за свободу слова, свободу печати от государства, и не заметили, что давно уже не представляем никакой ценности для самого общества, никакой угрозы для чиновника. На прессу уже просто не обращают внимания. Наши серьезные, доказательные выступления демонстративно не замечаются властью на всех уровнях. Не замечаются и самим обществом, которое эту власть избирает: оно с удивительной легкостью пропускает в нее и казнокрада, и человека с уголовным прошлым.
Потому что это мы, журналисты, своим враньем, своей погоней за грязью, кровью, пошлостью, почему-то называемыми сенсациями, отвлекли огромную массу людей от происходящего вокруг.

Однако так долго продолжаться не может. Разумеется, если хотим мы жить в нормальном государстве, как нормальные люди, уверенные в завтрашнем дне. Для этого, как нам кажется, требуется немного: возвратить доверие общества к прессе (разумеется, в первую очередь, и ответственность прессы за слово), которое может и должно помочь самому обществу.

Как это сделать?

Давайте признаемся, что даже при том невообразимом потоке компромата, который ежедневно выплескивается на страницы газет – причем, в большей части серьезного, доказательного, – на того или иного чиновника, мы сможем привести всего один-два примера, когда «лицо» было бы привлечено к ответственности, или же само добровольно, как это делается у них, в америках, ушло в отставку. Не так уж и много для огромной России. Но такое будет продолжаться еще долго, если государство не изменит свое отношение к слову. Разумеется, пресса не должна подменять государственные органы, ее задача, повторяем, в контроле за работой государственного чиновника, создании общественного мнения. Однако такое возможно там, где это общество сформировано, живет по принятым и понятным всем законам. О каком сформировавшемся российском обществе можно говорить, если «наши» воры, бандиты и подлецы после разоблачений прессы свободно и спокойно проходят выборные сита и становятся политиками – законодателями или главами, если казнокрады продолжают оставаться при своих должностях.

Мы не призываем к возврату старого партийного метода работы с прессой (хотя, если серьезно, этот опыт не так уж и плох), когда любое серьезное выступление газеты (центральной или местной) становилось предметом обсуждения бюро райкома, обкома партии с соответствующими оргвыводами. Хотя бы потому, что пресса сегодня не только государственная, но и частная. Однако это же не значит, что одна ее часть, официальная, может проявлять обеспокоенность делами государства, указывать обществу на ошибки в работе чиновника, а другая – частная или же общественная – не имеет на это право, ее СЛОВО можно не замечать, игнорировать. Но так ведь происходит на деле: выступления неофициальной прессы не замечают, им не придают значения (впрочем, если быть справедливым, не реагируют и на выступления официальной прессы). И не только по нашей, журналистов, вине.
– Вы представляете, что произойдет, если мы начнем обращать внимание на все, что пишется в СМИ, – спорил с нами знакомый чиновник. – Сами знаете, сколько газет выходило в одной только республике при той власти: три-четыре республиканских и несколько десятков районных и городских. А сегодня их количество выросло раз в десять. Прибавьте к ним московскую прессу, которая также разрослась в десятки раз. Реагировать на каждое выступление, значит, бросить работу и заниматься только этим.

Наш знакомый лукавил. Он прекрасно знал, что большая часть новой прессы – «желтая», развлекательного или рекламного характера, и выпускается хозяевами только на потребу определенной части общества. Оставшиеся СМИ (плюс появившаяся во время перемен пара-тройка независимых общественно-политических газет) и есть те самые, из «той власти». Не слишком большой довесок для структур, призванных обращать внимание на «глас народа».
Так, почему же тогда, «при той власти» обязаны были замечать выступления СМИ, и «принимать меры», а сегодня на это сил не хватает?

– Мы делом должны заниматься, страну выводить из кризиса, – не сдавался наш знакомый, – а не «реагировать» на все подряд. Во-первых, закона на это нет, примут такой, мы подчинимся. А во-вторых, по новым законам со всеми жалобами теперь надо идти в суд: как там решат, так мы и станем вести себя.

Любопытно очень… Сами завели страну в кризис, а теперь еще и жалуемся. Впрочем, в остальном трудно не согласиться с нашим знакомым. Не телефонное право, не реакцию на выступление прессы, а закон решили поставить на службу обществу. На письма-жалобы, на критические выступления СМИ теперь можно не реагировать, суд все решит, суд все поставит на место. Оскорбил тебя дорожный инспектор – иди в суд, там разберутся. Слесарь не явился вовремя по вызову – в суд, отопление не включили – в суд. Повалил народ в суды? Слава богу, что пока еще пытается только «переварить» новшество. В противном случае, в один день рухнула бы судебная система России, не справившись с потоком исков, судей у нас просто не хватило бы, чтобы не то что рассмотреть жалобу, но даже повестку выписать с приглашением на заседание.

Суд – это в лучшем случае день завтрашний. Сегодня же люди предпочитают обращаться за помощью по старым адресам – в редакции газет. Не понимая, что пресса им уже не помощник. Не потому, что не желают газетчики работать со своим читателем, но по причине своего бессилия. Ежемесячно «Северный Кавказ» получает до 200 писем читателей со всего региона. Часть из них мы отправляем в адрес тех чиновников, которые должны и могут решить поднимаемые в них проблемы. Так вот, из тысяч отправленных писем мы получили ответ лишь на одно: глава кабинета министров Ингушетии сообщил нам, что наведен порядок на русском кладбище станицы Орджоникидзевской. А сколько критических выступлений газеты в адрес тех или иных чиновников «не замечено» теми, кто обязан по долгу службы замечать и реагировать? А сколько проблемных статей, касающихся экономики, экологии, защиты прав беженцев и т .д., опубликованных в газете, оставлено без внимания?

А может и не стоит добиваться действенности, махнуть на все рукой и продолжить плавание на волнах предоставленных свобод: не слушают нас, не принимают мер по нашим выступлениям – ну и черт с ними?

Слушать прессу, оказывается, должны. По закону, вроде бы. ЗАКОН этот – Конституция РФ, статья 33 которой говорит о ПРАВЕ граждан России обращаться в государственные органы и органы местного самоуправления.
Однако не сама статья 33 Конституции РФ любопытна, а комментарии к ней: «Процедура сроков рассмотрения предложений, заявлений и жалоб граждан до настоящего времени не урегулирована новым законодательством. Поэтому продолжают действовать п. 4, 5, 9, 10, 18 Указа Президиума Верховного Совета СССР «О порядке рассмотрения предложений, заявлений и жалоб граждан» от 12 апреля 1968 г. (в редакции Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 марта 1980 г., утвержденного законом от 25 июня 1980 г.). В этих актах определено, что поступившие документы рассматриваются в течение одного месяца. В случаях, когда не требуется специальная проверка, срок установлен в 15 дней. Продление сроков возможно, если необходимо дополнительное изучение вопроса. Запрещено направлять жалобы граждан тем органам и должностным лицам, действия которых обжалуются. Во всех случаях государственные органы и органы самоуправления обязаны дать мотивированный ответ. В условиях демократии право на обращение имеет огромный потенциал в сфере отстаивания личностью своих законных интересов».

Закон этот имеет прямое отношение к СМИ, ибо по закону «О средствах массовой информации» (статья 38) «…граждане имеют право на оперативное получение через средства массовой информации достоверных сведений о деятельности государственных органов и организаций, общественных объединений, их должностных лиц».
Тогда почему же не рассматривают, не реагируют? Неверно утверждение: мол, кто владеет информацией, владеет миром. Нынешняя Россия доказала всем, что общепризнанные константы для нас не авторитет, ибо информацией обо всем и всех у нас владеют все кому не лень – от последнего забулдыги-бомжа до первого лица государства, даже сверхсекреты давно уже являются достоянием каждого, кто в состоянии читать газеты, смотреть ТВ. Однако бомжи почему-то не управляют миром и даже «самый-самый» никак не может справиться с ворьем и жульем, распоряжающимся сегодня в России. Все потому, что мало владеть информацией, ею необходимо еще и пользоваться.

Мы убеждаем себя, что Россия твердо стоит на демократических путях развития, и примеры приводим, как нам кажется, неотразимые: выборность сверху донизу и, разумеется, все та же свобода слова. Умалчивая при этом об одной небольшой, но весьма существенной и ценимой, кстати, Западом, детали: ответственности власти перед обществом. В том числе, и через Слово, сказанное прессой.

Разумеется, нам могут возразить, причем серьезно, с документами и разной цифирью в руках. Однако, год за годом проводя анкетирование своих читателей, мы задавали им в числе прочих один и тот же вопрос: советовался ли с ними избранный ими депутат (местного парламента или Госдумы РФ) перед принятием какого-либо серьезного закона? Нетрудно догадаться: нет, не советовался. Речь не о том, достойного ли мы избрали человека или нет, речь о постоянном диалоге власти и общества, ответственности власти перед обществом. Ее-то, этой самой ответственности, как оказывается, сегодня просто не присутствует в нашей жизни. И не может присутствовать. Ибо изначально этот стандарт ответственности просто не предусматривался составителями «самых-самых» демократических законов: вначале в Конституции РФ «недоучли», а затем как следствие и действующего закона не создали: сотни новых актов вымучили, а стандартом ответственности чиновника перед народом по-прежнему считаем указ давно уже не существующего Президиума Верховного Совета СССР аж 1968 (!) года. Потому и не действует он в нашей России, и его в упор не желают замечать чиновники, что указ этот из времени, отличающегося от нынешнего экономическими, политическими, а главное, нравственными нормами.

Отсутствие закона, закрепляющего диалог власти и общества, самой эффективной формой которого есть и должны быть СМИ, невыгодно всем и, прежде всего, как нам кажется, нынешнему Президенту РФ, желающему навести порядок в разгромленном хозяйстве. Не случайно, выступая в Кремле на «Гражданском форуме» 21 ноября 2001 года в Москве, он в который уж раз подчеркнул, что «если мы не создадим гражданское общество – то можем оказаться на задворках истории». Кому же тогда выгодно отсутствие стандарта диалога власти и общества? Нет таковых. Даже те, кто «упустил», «недоучел», не признаются, что действовали не из лучших побуждений, во благо какой-то группе далеко не бескорыстных господ-товарищей. Все, в общем, «за». А закона-стандарта нет. Его по-прежнему подменяют либо отсутствие реакции на требования людей, либо социологические опросы, выдаваемые за «мнение народа», либо собрания, типа вышеназванного «Гражданского форума», на котором «граждане» почему-то отказываются не то что петь, но даже слушать гимн своей Родины.

Социологическими опросами, вызывающими подозрение у людей, всякими форумами-тусовками странных личностей, называющих себя правозащитниками, не сократить увеличивающуюся год от года пропасть между чиновником и обществом. И даже разросшимися до неимоверных размеров аппаратами служб по связям с общественностью, пресс-службам министерств и ведомств на всех уровнях не решить эту проблему.
Единственный известный метод – через общественное мнение в СМИ. Но, чтобы это стало нормой, нужно срочно принять закон о праве обращения граждан в государственные органы и ответственности чиновников за реакцию на эти обращения. Однако и этого будет уже недостаточно. Необходима еще и поправка к Конституции РФ.
Всем сегодня ясно, что главный закон страны, обеспечивший и продолжающий обеспечивать безответственность государственных чиновников, – есть основной тормоз демократии. Прежде всего, потому, что в Конституции отсутствует институт парламентского расследования. Что это такое? Так, в соответствии со ст. 44 основного закона Федеративной Республики Германия от 23 мая 1949 года, бундестаг имеет право, а по предложению части его членов обязан образовать следственный комитет, который на публичных заседаниях собирает необходимые доказательства по проштрафившемуся госчиновнику. Причем, к ходу следственных действий соответственно применяются предписания об уголовном процессе, а результаты подлежат судебному рассмотрению. И такой порядок контроля за чиновниками существует вплоть до муниципалитетов во всех развитых странах Евросоюза.
Мы – евроазиаты. Одна голова нашего гербового орла «смотрит» на Запад. А там – демократия, нормальная человеческая жизнь, и чиновник ответствен перед народом. Пресса только намекнула на то, что такой-то политик замечен в связях с сомнительными личностями, и тот немедленно подает в отставку либо следует парламентское расследование, гласное, все разъясняемое.

А вторая голова нашего гербового орла смотрит на Восток. Если бы она могла видеть и соображать, то поняла бы, что в наркотическом дыму и беззаконии, в драках и нищете на Востоке живут только те, кто не хочет построить политическую систему с ответственной перед народом властью. Те же на Востоке, кто решил эту проблему, – Тайвань, или же Япония, к примеру, имеющая институты контроля, парламентского расследования, – имеют высочайшее качество жизни. Пресса там действенная, несмотря на дефицит лесов, ей хватает позорных столбов, на которые она «вешает» скомпрометировавшую себя власть.

Прими мы такие предлагаемые и давно уже назревшие закон и поправку к Конституции, и СМИ станут реальным мостом между властью и обществом. И вероятность того, что после объективной и честной публикации последует парламентское расследование, а за ним отставка, станет реальной.

Но это уже будет новая жизнь. Тогда и безответственным чиновникам нашим не спрятаться за заборами, которые ныне выше заборов КПСС. И уголовники с жуликами едва ли осмелятся пойти во власть. Тогда-то и мы станем настоящей, ответственной «четвертой властью».

Пока же мы – обыкновенный, обвешанный листовками и всякой непотребностью забор.
Похожие статьи:
{related-news}
Добавить комментарий