Почему единое информациеонное пространство России не едино?

Газете «Северный Кавказ» в августе исполнилось 10 лет, а совсем недавно мы выпустили 500-й номер. Одна из первых в России, если не первая (кстати, мы так и не смогли сегодня найти средств массовой информации, зарегистрированных до нашего №26) независимая газета. Так что опыта у нас вполне достаточно.

Газета «Северный Кавказ» родилась в последние годы Советской власти, в 1990 году. Пресса страны тогда делилась на центральную печать, республиканские, областные и районные, городские газеты. И все было понятно и ясно читателю. О делах союзных – в «Правде», «Известиях», «Труде», о делах областных – в «Дагестанской правде», «Молоте», «Ставропольской правде», о делах района – в «правдах районных». Но уже был Карабах, уже неровно дышали Грузия с Абхазией и Южной Осетией, уже рождались различные фронты и движения. 1991-й год – Чечня, Пригородный район Северной Осетии. Центральные газеты зашевелились, заговорили о самостоятельности, больше стали уделять внимания сенсационным материалам, прошлому, нежели настоящему и будущему. Надвигался развал. Терялись связи между республиками, краями и областями Северного Кавказа, каждое образование открыто стало поговаривать о самостоятельности. Но ведь в Ставропольском, Краснодарском краях проживают дагестанцы, кабардинцы, осетины, а в республиках – родственники, близкие ставропольцев, ростовчан, краснодарцев. Как сделать так, чтобы слухи, которые ползли по региону, не натворили бед, не спровоцировали межнациональные столкновения? «Наших бьют» – клич известный, наделавший немало бед в истории региона.

Потому и создали газету «Северный Кавказ». И надо отметить, что газету приняли люди. Она закрыла брешь, образовавшуюся после ухода из региона центральных газет. Мы смогли за 10 лет своего существования создать плохое или хорошее, но информационное поле, связавшее республики и края, которые до этого были объединены только одним географическим термином «Северокавказский регион».

В регионе не существовало единого административного центра, который обеспечивал бы газету централизованной (политика, экономика, культура и т. п.) информацией, что ставило «СК» в невыгодные условия по сравнению с другими изданиями (от районных до областных). Трудно было осмыслить общее состояние экономики, политические процессы, происходящие в регионе. Ибо 9 субъектов федерации не были связаны друг с другом ни экономическими, ни культурными связями.

Однако неудобство оказалось для газеты «Северный Кавказ» благом. Отсутствие общего административного центра освободило «СК» от возможного прямого вмешательства местных руководителей в ее работу («ничья» газета), дало возможность более свободно и раскованно освещать события, происходящие в регионе, не замыкаться на внутренних проблемах. Занимая «центристскую» позицию, газета – особенно в последнее время – старается быть проводником политики российского государства на Северном Кавказе.

Предчувствую улыбки: «И что же ты хочешь, чудак, чтобы государство тебя за это на руках носило? Не понимаешь, что вокруг рынок, свободное предпринимательство, кто тебя – частника – заставляет об информационном поле заботиться, без тебя справятся. Вон, Казанцев свою газету издавать начал, пусть этим и занимается, а ты деньги делай…»

Забочусь – потому что газете Казанцева еще на ноги встать надо, доверие читателей в регионе заработать (а на это годы уходят). А без информационного поля сегодня плохо всем: и рынка не станет, и денег – все отберут фронты, боевики. Чечня тому хороший пример. Так что и на нас сегодня необходимо опираться, и нас если не поддерживать, то хотя бы понимать. Уникальность газеты в том, что «Северный Кавказ» содержит 10 корреспондентских пунктов (помещения – собственные и арендуемые, средства связи, штатные собственные корреспонденты, 12 человек) в Ростове-на-Дону, Сочи, Краснодаре, Ставрополе, Майкопе, Черкесске, Владикавказе, Назрани, Грозном (временно закрыт), Махачкале. Газета смогла наладить связи по Интернету с тремя корпунктами. С остальными корпунктами связь (получение свежей информации и фотоматериалов, служебная переписка, проведение единовременных акций и т. п.) осуществляется по телефону либо посредством передачи информации междугородными маршрутными автобусами и поездами.

Именно такая сложная структура – единственно возможная, надо сказать, для истинно регионального издания – выявила те проблемы, о которых я буду говорить. Их четыре.


Кто нас читает?

Читательская аудитория «СК», как показывает регулярно проводящееся анкетирование, письма самих читателей газеты (до 250 в месяц), – это в основном люди с высшим и средним специальным образованием, предприниматели, сотрудники госучреждений, коммерческих фирм, военнослужащие. Причем их заработок колеблется от 150 до 1300 рублей в месяц. Очень мало пенсионеров, домохозяек и сельских жителей.
Исследования, проведенные газетой во всех сельских районах Краснодарского и Ставропольского краев, Дагестана показали: у селян нет средств, чтобы покупать пятирублевый «Северный Кавказ» (отпускная цена 3 руб. 20 коп. плюс 40 процентов надбавки «Роспечати»). В основном предпочтение отдается «районкам», но главным образом из-за программ ТВ и, разумеется, низкой – в 3-5 раз меньше, чем у «СК», – цены.
Газета провела эксперимент в Дагестане, снизив вдвое стоимость номера для читателей высокогорных сел. Результат – в горных районах начало расходиться по 2500–3000 экземпляров. Это показало огромные возможности увеличения тиража «СК» на селе: по подсчетам, сельские районы Северного Кавказа могут принести газете минимум до 100–150 тысяч экземпляров разового тиража.

Именно максимальный охват населения отдаленных сельских районов Северокавказского региона, и прежде всего Дагестана, Чечни, Ингушетии, является первейшей задачей газеты «Северный Кавказ». Ибо эти районы после начала рыночных преобразований практически оказались в информационном вакууме. Отсутствие российской прогосударственной прессы немедленно было заполнено изданиями националистического и религиозного, большей частью ваххабитского, толка. Хотя, как показывает тот же опыт распространения «СК», в горных районах Дагестана население, реагируя на появление газеты «Северный Кавказ», усилия которой направлены на объективное освещение тех или иных событий в регионе, просто нуждается в подобной информации. Простые люди против радикализма и экстремизма.

Почему же мы не воспользовались этим? Средств нет. Мы просто не можем поспеть за непрерывным устойчивым ростом цен на типографские услуги, услуги связи, экспедирования, протекционистской политикой учреждений «Роспечати» по отношению к местным, и откровенно враждебной – к «пришлым» изданиям.

Почем нынче «проезд» к читателю?

Газета «Северный Кавказ» печатается в типографии издательства «Кавказская здравница» (г. Минеральные Воды, Ставропольский край). Сразу хочу подчеркнуть, что у нас с издательством очень хорошие, добрые взаимоотношения, а главное, цены издательства самые низкие в регионе. Тем не менее.
За 2,5 года стоимость услуг издательства изменялась практически через каждые 2–3 месяца и в общем увеличилась на 87 процентов. В то время как газета вынуждена была поднять, в ущерб читателю, свою отпускную цену на 62 процента – с 2,0 до 3,2 рубля за номер.

Постоянно меняющиеся в сторону повышения цены на услуги издательства и твердые, утвержденные в договорах с «Роспечатью» отпускные цены на газету, которые согласно этим договорам могут изменяться не раньше, чем через 2 месяца после уведомления газетой системы «Роспечати», не позволяют газете проводить своевременные изменения в вопросах ценообразования. Как результат, стоимость типографских услуг растет, а газета реагирует на это с трехмесячным отставанием. Издержки же ложатся на себестоимость. Газета становится слишком дорогой для читателя.

К особым условиям, существенно влияющим на себестоимость газеты, необходимо отнести дополнительные расходы, которые «Северный Кавказ», в отличие от местной прессы, вынужден нести для доставки тиражей во все восемь республик, краев и область региона. Затраты эти растут постоянно. Только за 2000 год отдел перевозки почты (ОПП) Минеральных Вод поднял стоимость перевозки килограмма груза до 6,08 рубля, увеличив цену, по сравнению с декабрем 1999 года, на 90 процентов. Таким образом, только на печать и доставку (экспедирование одного экземпляра) газета вынуждена расходовать без малого два рубля.

Но что самое интересное, государственное учреждение (ОПП), в буквальном смысле обирая газету, не несет ответственность за сроки доставки, а на попытки воздействовать монополист равнодушно советует развозить «СК» своими силами. Вот только сейчас, если заинтересованное ведомство выполнит поручение президента, может, что-то изменится к лучшему. А пока возим сами. В Махачкалу отправляем тиражи рейсовыми автобусами, и газета поступает к читателю с опозданием на двое суток. А в Краснодар и Ростов газета отправляется из Минвод силами отдела перевозки почты и приходит туда с опозданием на 6–7 суток. В условиях серьезной конкуренции, когда не то что сутки, а час времени имеет серьезное значение, отставание от графика на один, а тем более на семь (!) суток не может не сказываться на снижении тиража «СК». И ничего мы сделать не можем.

Но, пожалуй, самые серьезные проблемы у газеты «Северный Кавказ» возникают с «Роспечатью» региона. Причем прежде всего речь идет о «Роспечати» Краснодара и Краснодарского края, Ставрополя и Ставропольского края. Нашу газету как «чужую» просто не допускают к читателю. Причем взаимоотношения резко ухудшились после 1998 года, когда «Северный Кавказ» опубликовал серию критических материалов о губернаторах Краснодарского и Ставропольского краев. «Роспечать» стала отказываться от реализации газеты под предлогами отсутствия спроса. Наши собкоры «СК» провели свое расследование – и вот что выяснилось. Свежие номера газеты попадают в киоски «Роспечати» на 6–7-й день после выхода. Газета лежит в дальнем углу киоска, а не на видном, как местная печать, месте. Отмечены случаи, когда на запрос читателя газету доставали из-под прилавка.

Попытки разрешить проблему натыкаются на жесткое «не будем продавать» со стороны руководителей «Роспечати». Порой газету просто не желают распространять в городе. «Северный Кавказ» пытается найти выход из положения, ведет поиски независимых предприятий-распространителей. В Краснодаре и Махачкале заключены договоры с независимыми предприятиями-распространителями. Увы, крупные независимые фирмы-распространители в субъектах федерации на Кавказе предпочитают торговать эротическими и прочими «легкомысленными» СМИ. Совершенно очевидно, что система «Роспечати», являясь, по сути, монополистом на рынке СМИ, серьезно влияет на свободную конкуренцию средств массовой информации, определяя по разумению руководителей «Роспечати» на местах, какие издания имеют право дойти до читателя, а какие – нет. Исключить подобное, как нам кажется, вполне возможно созданием альтернативной «Роспечати» службы, но под флагом Минпечати.

Кредит не бандит, но ограбить может

В 1996 году газета приобрела небольшую типографию и два вагона бумаги, взяв краткосрочный кредит в банках на общую сумму 220 млн. рублей (по ценам тех лет). Погасить его вовремя – через 3 месяца – мы не сумели. В наказание с нас взяли более 1,1 млрд. рублей – в 5 раз больше, чем сумма самого кредита. Пришлось продать и типографию, и многое из собственности, влезть в новые долги. С той поры именно по этой причине газета и не может выпрямиться. Так, быть может, стоит создать свой банк, который будет обслуживать только средства массовой информации России? Есть же Агропромбанк, Газпромбанк и прочие. В противном случае газетам типа «Северный Кавказ» не выжить. Весь мир живет и развивается за счет кредитов. У нас же кредиты выдаются только на три месяца и под огромный процент. Газета ведь не нефтью или водкой торгует, ей кредит необходим минимум на 5–7 лет.

И последнее. В самом начале подписной кампании 2001 года в одной из республиканских газет опубликовали постановление местного правительства о подписных ценах на государственные газеты. К моему удивлению, цены республиканских газет оказались смехотворно низкими – 0,68 рубля за номер. Если прибавить 0,32 рубля, накинутые УФПС, то читатель должен заплатить за подписку всего 1,0 рубля (подробно об этом в статье «Двойной стандарт») за экземпляр газеты, или 26 рублей за полгода. «Северный Кавказ» вместе с «наценкой» УФПС стоит 5,50 рубля, или 114 рублей за полгода, то есть вчетверо дороже любой республиканской газеты. Спрашивается, какой газете отдаст предпочтение читатель – государственной или частной? Откуда местное руководство деньги берет на дотацию «своим» газетам? И почему не дотирует таким же образом и меня, частную газету «Северный Кавказ»? Получается, прессу таким образом делят на два лагеря: «свою» и «чужую», то есть частную. Но так ведь не должно быть. Вопрос чрезвычайно важный и принципиальный, как мне кажется. Если в новой России все формы собственности обладают одинаковыми правами, почему государственной отдается предпочтение по сравнению с иной формой собственности? Если власть, юридическое лицо, финансирует свои предприятия – а органы СМИ как раз и являются предприятиями, – то почему это происходит за счет налогоплательщика, имеющего одинаковый с властью юридический статус? Кто может представить себе, чтобы одна независимая газета – юридическое лицо – беззастенчиво требовала у другой независимой газеты, такого же юридического лица, денег на свое развитие? Такого быть не может, скажете вы. Но юридическое лицо – государство – требует с независимой газеты налоги, чтобы держать свои предприятия на плаву, и это считается нормальным явлением.

Проблемы бы не возникло, если бы государственная полиграфия, полностью живущая за счет бюджета (то есть в том числе и отчислений налогоплательщиков), на равных обслуживала ВСЮ печать. независимо от форм собственности, если бы местные власти одинаково относились ко ВСЕЙ прессе на своей территории, обеспечивая ее официальными материалами, не препятствуя получению информации. Но этого нет сегодня. Альтернативную газету без предоплаты в типографии не отпечатают, а государственное местное издание печатают в «кредит», бывает, что и на полгода – год вперед. Независимой газете отказывают в запросе или просят покинуть какое-то «важное» совещание, а представителя местного «органа» оставляют, заведомо зная, что нежелательные откровения никогда не попадут на его полосы.

Или взять выборные кампании. Государство на их проведение выделяет крупные средства, обосновывая свои действия обеспечением демократических условий выборов. Деньги эти – налогоплательщика. Однако достаются они местным государственным СМИ. Ибо так заведено на местах. А если кто из альтернативных изданий вознамерится принять участие в кампании, так либо преградят без слов дорогу, либо прямо укажут: кандидаты обязаны выступать только в государственных газетах.

Двойной стандарт в отношении власти и СМИ разрушителен для всей прессы. Подцензурная печать начинает лгать и умалчивать об истинном состоянии дел, ибо эта оплачиваемая ложь и умалчивание угодны хозяевам. Альтернативные же СМИ, зависимые от тысяч неожиданных причин, лишенные полноценной информации, вынужденные выживать любыми способами в тяжелых условиях конкуренции, хочешь не хочешь заниматься либо скрытым вымогательством, либо принимать информации из рук преследующих свои корыстные цели людей, либо бесплатно отдавать свой труд. И в первом, и во втором случаях ничего хорошего СВОБОДЕ слова в России ждать нечего. Это не предостережение, но констатация происходящего.

Положение еще можно выправить. Нет, не о возобновлении доступной помощи альтернативным СМИ речь и даже не об усилении внимания Министерства по печати к нуждам независимых газет. В меру своих сил и возможностей Минпечати РФ выполняет эту работу.

Во-первых, государство должно заявить, что оно безоговорочно принимает свои же продекларированные условия: средства массовой информации составляют единое информационное поле на территории России и не различаются по форме собственности. А во-вторых, у него, государства, в работе с прессой имеются не экономические, а прежде всего политические предпочтения.

Года два назад СМИ России освободили от налога на прибыль и НДС. Это хорошо. Но этого мало. Нужно создать условия для добросовестной конкуренции среди всех средств массовой информации, независимо от форм собственности. Официальная информация (разумеется, кроме составляющей гостайну) должна поступать во все газеты, и последние должны решать, что заинтересует их читателя, а что нет. Типографии не должны делить газеты на «свои» и независимые: все печатаются в одинаковом порядке.

Наконец, и сама власть должна помнить, а главное – выполнять свои же принятые решения, касающиеся СМИ. Тем более, решений этих всего ничего, на пальцах одной руки посчитаешь. Главное из них – постановление Кабинета министров РФ от 10 января 1996 г. № 11 «О дополнительных мерах по улучшению информационного обслуживания населения», предусматривающее обеспечение долгосрочными ссудами и кредитами на возвратной основе. За три года ни газете «Северный Кавказ», ни многим другим изданиям, с руководителями которых мне довелось побеседовать, получить такие кредиты не удалось.

Изменилось ли что за это время? Изменилось. С появлением Северокавказского территориального управления печати Минпечати РФ газеты региона стали получать методическую и практическую помощь, с нами начали советоваться по тем или иным вопросам и т. д. и т. п. Однако те проблемы, о которых я пишу, остались. Местные власти стали больше внимания уделять своим «органам» (подписная кампания, о которой я говорил выше, тому пример) и не торопятся объединять их в единое информационное поле региона. Можно ли их осуждать, если все они равноправные, суверенные субъекты федерации и каждый в отдельности решает свои насущные проблемы? В таком случае возникает вопрос: если «отпадают» местные государственные СМИ, то кем заполнить так называемое единое информационное поле Северного Кавказа? Газета «Южный федеральный»? Этого ничтожно мало. Единое информационное пространство – это совокупность большинства СМИ Северного Кавказа, проникнутых идеей доводить до своего читателя информацию о политике государства. А СМИ ведь у нас равно подчиненные, каждое свою игру играет, каждое о своем кармане заботится. Всех строем ходить не заставишь. Да и не стоит к этому стремиться. Надо решить хотя бы часть проблем, о которых я тут упомянул, и легче стало бы прессе, свободнее и сытнее, меньше бы мы стали гоняться за «сенсациями» и «чернухой» ради выживания в нашем безумном «рынке». Лучше стали бы освещать и проблемы государственной политики.
Похожие статьи:
{related-news}
Добавить комментарий