Северный Кавказ: мифы и реальность 3.

Десять лет назад я попытался доказать, что «отсутствие четкой и продуманной национальной стратегии» есть самый устойчивый миф первых лет существования Российского государства. Блестяще использовав сложность переходного периода, обнажившиеся межнациональные и межгосударственные проблемы, противоречия, существующие внутри субъектов федерации, где шла животная борьба за власть, за кусок пирога между старой элитой и зарождающейся олигархией, опирающейся на бандитские формирования, Россия сумела удержать северокавказский регион от развала и отделения от себя.
Картина не изменилась и спустя пять лет после написанного. Ко всему прочему Россия усилила свой главный козырь – Чечню, или «доказательство от противного, выставку достижений всего, чего нельзя делать: превращать свободу в безнаказанность и вседозволенность, провозглашать независимое с едиными для всех своих граждан законами государства, но жизнь по средневековым правилам каждого тейпа (рода), каждого полевого командира, сознательно приводить войну на свою землю. «Опыт» замечательный, отравляюще действующий на любого, даже самого радикального политика из соседней республики». Чечней, как я писал, играли, Чечню умело направляли. И это позволяло надеяться, что игра с неустойчивым равновесием на территории Северного Кавказа закончится скоро, с приходом новых, более подготовленных, а главное, проникнутых идеей единства и целостности Российского государства политиков.
Увы… События последних лет, но особенно три летних месяца 2004 года поколебали надежды.
Непрерывные, с изуверской четкостью повторяющиеся террористические акты на территории России, постоянные, ставшие до жути обыденными похищения и убийства людей, счет которых уже давно перевалил за тысячи, кровавые рейды бандитов в Грозный и Ингушетия, наконец, захват и массовое убийство детей в школе Беслана убедительное доказательство усиливающегося бессилия России.
Бессилие это – в подмене реалий происходящего виртуальными технологиями, бессмысленной, разрушительной чехарде реформ государственного аппарата, не только надолго выводящие из строя министерства и ведомства, избавляющие аппарат от профессионалов-носителей бесценного опыта административной и дипломатической работы, но главное, – в ставке на разрушающую страну либеральную демократию.
Россия теряет последние свои ресурсы, дающие ей право называться самостоятельным государством. Не столько данные ей природой, заложенные трудом целых поколений – все это уже разворовано, практически не принадлежит обществу и государству, – сколько интеллектуальные ресурсы, бесценный опыт управления, созданный в течение сотен лет и преумноженный советским строем – он просто распылен, а кадры его содержащие – разогнаны нескончаемой чередой перестроек, реформ, выборов и перевыборов.
Самое сильное тому подтверждение – наше обращение в ООН с просьбой, чтобы мировая общественность дала свою оценку происходящему в стране. Какими бы при этом благими намерениями не руководствовалось наше руководство, какие бы объяснения не придумывало, все это не будет принято и понято, пока мы не получим ответ на самый главный вопрос, мучающих всех: что мешает огромному, сильному, вооруженному до зубов государству справиться с жалкой кучкой негодяев, прячущихся в горах Кавказа?
Справлялись цари, даже не задумываясь о мировом сообществе. Потому что они были хозяевами своей земли.
Справлялись коммунисты, учитывавшие мнение мировое сообщества, но на первый план ставившие интересы своего государства.
А нынешняя Россия не справляется, ей обязательно нужна оценка мирового сообщества. Для чего, с какой целью?
Еще раз доказывать своим новым западным друзьям свою непоколебимую приверженность их идеалам? Наивно и глупо. Ибо Запад изначально враждебен евроазиатской России, видит в ней не партнера, а соперника, в лучшем случае сырьевой придаток.
Надеяться на помощь Англии, этого недруга России, которая, ко всему прочему, сама не может уже которое десятилетия справиться с проблемами Ольстера?
Искать поддержку США – главного международного террориста, на глазах у всего мира уничтожившего независимые государства Ирак, Югославию, а главное – способствовавшего разрушению России, помогающего чеченским бандитам?
Обращаться за помощью к Турции – извечному врагу России, не одно столетие мечтающему отобрать Кавказ, даже после установления демократии в России продолжающей готовить и обеспечивать финансами чеченских террористов?
Непонятно.
Эти «друзья» – как и многие другие на Западе – уже давно определились. Даже после захвата детей в Беслане их пресса цинично осуждает Россию в ее решимости не говорить, а уничтожать бандитов. Их беспокоит усиление Путина, избравшего, как им кажется, силовое решение борьбы с терроризмом, усиление, которое, на их взгляд, неизбежно возвратит назад к диктатуре, а значит – укрепит Россию.
Зря они беспокоятся: вместо усиления у нас происходит ослабление правоохранительных органов, их очередная реорганизация, а чеченские реалии подменяются пиар-технологиями, выдаваемые за верх достижений политики умиротворения.
Увы, все происходит с точностью до наоборот.
Россия перестала заниматься проблемами Дагестана. Созданная и взращенная на российском рубле местная олигархия, на первый взгляд, по-прежнему лояльна Москве. Однако многомиллионные личные счета в западных банках начинают освобождать эту олигархию от ответственности перед Москвой, дают ей возможность свободного выбора покровителя или партнера.
Не учитывается и то, что в республике в полный голос стала заявлять о себе новая сила, которая также желает подкормиться от российского пирога. А пирог не беспределен, и свободного места за столом давно нет. Вот и возникают в последнее время многотысячные митинги в Хасавюрте с требованием отставки «коррумпированного» руководства, мэры, под прикрытием отрядов в тысячи штыков (странно, что бандитские отряды в Чечне всеми замечаются, а штыки хасавюртовского мэра в упор не видят в Москве) грозят походами на Махачкалу.
Пошел во власть в Дагестане и традиционный ислам. Использованный в борьбе с ваххабитами, он укрепился, вооружился, провел своих представителей во властные структуры, и сегодня уже открыто диктует свои – подчас отличные от российских – правила во многих районах Дагестана.
Набирают силу пока находящиеся в подполье ваххабиты в Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии. В горах республик находят лежки и лагеря, где они тренируются, а прошлогодний «отдых» Шамиля Басаева в Баксане, прерванный правоохранительными органами, и недавнее боестолкновение милиции с бандгруппировкой вблизи Нальчика – лишнее подтверждение их возрастающей активности.
Непонятно что происходит в Чечне. Ценой огромных усилий, людских потерь и разрушений, создания кольца оскорбленных и униженных соседей ее удалось удержать в составе России. Казалось, логика требовала добить бандитов, ушедших в горы, используя традиции чеченцев, создать коалиционное правительство, куда вошли бы представители всех тейпов, помочь республике восстановить жилье, промышленность, сельское хозяйство, установить жесточайший контроль за расходованием средств, направляемых на восстановление. Но получилось наоборот. Войсковые операции заменили на «точечные», ставку сделали на одного человека – Кадырова, а средства, направляемые на восстановление, стали еще активнее разворовывать в Москве.
Так поступают, когда место профессиональных управленцев и дипломатов занимают имиджмейкеры, телекомментаторы, а политику заменяют простым, незатейливым теле-пиаром.
Результат известен: вместо умиротворения наблюдается усиление позиций бандгруппировок ваххабитского толка, их реальные, все учащающиеся преступления. Бьют в самые больные места: роддома, школы, пассажирские самолеты, электрички, жилые многоэтажки. Бьют не тех, кто защищен и что-то решает, а беззащитных.
Сегодня нас призывают к объединению перед лицом страшной угрозы, называемой терроризмом, который желает стравить мусульман с христианами, развалить наше общество и государство. Призывать не надо: простые люди давно уже готовы сплотиться, поддержать президента, что было доказано на недавних выборах. Только готовы ли стать рядом с нами те, кто обворовал наших стариков, отняв у них накопленное и хранимое в сберегательном банке СССР?
Те, кто присвоил бесценные природные богатства страны, заводы, фабрики, гидроэлектростанции, санатории, построенные на народные средства и трудом нескольких поколений советских людей, в одночасье став баснословно богатыми людьми?
Те, кто, сидя в московских кабинетах-офисах, нагло и безнаказанно ворует миллиарды рублей, оторванные от больных, детей, стариков и направляемые на восстановление Чечни?
Те, кто в составе бандитских группировок грабит и убивает нормальных людей?
Те, кто «крышует» эти ОПГ, пропускает, кстати, бандитов к школе, чтобы те успели ко Дню знаний?
Те, кто принимает законы, работающие не на укрепление государства, а на их личные или групповые цели?
Те, наконец, кто не только не скрывает, но открыто выражает своими выступлениями в прессе, своими «научными» работами ненависть к России, презирает ее историю, действует ей во вред?
Эта сила во всем блеске показала себя во время событий в Беслане. Мелькавшие до омерзения часто на телеэкранах, комментировавшие любое событие, вплоть до окота кошки Мурки где-то на Колыме, спорившие до хрипоты о торжестве демократии и опасности, исходящей от красно-коричневых, бритоголовых, учившие женщин рожать, а кавказских мужчин следовать горским обычаям, эти швыдкие, хакамады, немцовы, жириновские, новодворские, боровые внезапно исчезли в неизвестном направлении, оставив нас со своими проблемами. Исчезли и партии, горделиво называвшие себя партиями власти или партиями конструктивной оппозиции.
И это называется элитой нации? И это с ними призывают нас объединиться перед лицом реальной опасности?
А ведь эта реальная сила с реальными возможностями – она и есть настоящая власть современной России. До предела прагматичная и циничная, но, увы, власть.
Может ли наш президент, даже если он этого и горячо пожелает, пойти против этой силы?
Нас пугают терроризмом, забывая при этом объяснить феномен современной России, причинность, истоки этого страшного явления. Почему терроризм отсутствовал в тоталитарном, как пытаются внушить нам псевдодемократы, ненавистном им советском государстве, но зацвел невиданным цветом в свободной России?
Ответ в определении ученых-политологов: терроризм есть продолжение и поддержка политической линии, проводимой властью. Я бы добавил – либо в отсутствии политической воли у власти.
Вот хронология преступлений, совершенных на территориях Дагестана и Чечни с 1992 по 2000 годы.
Первые годы «перестройки» – терактов практически нет. И понятно, ибо идет захват общегосударственной собственности, воры, мошенники и бандиты всех мастей убивают друг друга, чтобы присвоить украденное. Однако у власти еще остаются, пусть и на вторых и третьих ролях, опытные управленцы. Но как только этих государственных чиновников выбрасывают на улицу, количество терактов резко возрастает. Власть начинает совершать непоправимые ошибки, практически выпускает джинна из бутылки.
Власть берут с четкой очерченной целью. Большевики, которых обливают грязью нынешние лже-историки и бизнесмены от политики, подобрали лежащую на земле власть и путем неимоверных жертв построили могучее Государство рабочих и крестьян. У них была именно эта цель, и они ее добились.
У тех, кто разрушил СССР, тоже была цель – присвоить богатства этого государства. И они этого добились.
Оказалось – мало взять, нужно еще суметь удержать, пусть даже и украденное. Удержать – это быть во власти. А властвовать они не умеют. Воровать – умеют, а властвовать – нет. Так не бывает, скажете вы, в конце концов инстинкт самосохранения должен срабатывать у воров и казнокрадов, в противном случае все ведь придется вернуть опомнившемуся и разгневанному обществу, либо отдать силам, пришедшим извне.
Увы, в России же иные, не подвластные логике законы.
Почему война в Чечне длится второе десятилетие?
Почему террористы не обращают внимание на «усиление» и так уже который год усиливающихся, и технически и материально раздувшихся до неимоверного правоохранительных органов и бьют нас в ожидаемых местах?
В стране идет война, как наконец-таки сознался сам министр обороны России С. Иванов, а государство живет с распахнутыми границами: в демократию играем на потребу миру, который спокойно засылает к нам бандитов всех мастей и рангов. Захотели Басаев или Хаттаб и поехали в Баку и Стамбул погулять, посоветоваться, денег получить, а потом спокойно возвращаются в Чечню, чтобы продолжить свое черное дело. Террористы всех мастей и национальностей спокойно заезжают в Чечню повоевать-подзаработать в отпускные свои дни.
Все больше и больше молодежи превращаются в наркоманов. Наркотики завозятся тоннами в Россию через «прозрачные» границы, завозят через «дружеские» нам страны СНГ. Но вместо того чтобы закрыть границы, мы создаем все новые и новые структуры, призванные бороться с наркоманией.
За 10 лет войны в Чечне можно было спокойно выяснить и базы боевиков, поименно учесть в картотеке всех боевиков и их пособников. Судя по тому, как после только что совершивших в масках (!) очередной захват заложников нам докладывают, какой отряд совершил (совершает) преступление, фамилии террористов и смертниц, – все бандиты учтены в картотеках правоохранительных органов России. Но почему, в таком случае, их не ликвидируют ДО совершения преступления?
Правоохранительным органам давно известны пособники бандитов, орудующие в Москве, Санкт-Петербурге, других городах России. Войдите в Internet, и вы увидите фамилии, должности, участие в бандитских делах этих людей. Что мешает ликвидировать эту «малину», подпитывающую бандитскую Чечню деньгами?
Ответы на эти вопросы известны и тем, кого призывают объединиться, и тем, кто призывает объединиться в борьбе с терроризмом. Нужна только политическая воля решить проблему. Хотя бы ради самосохранения, не говоря уж о сохранении суверенитета.
В своем обращении к народу президент Владимир Путин сообщил о решимости усилить правоохранительные органы, потребовать от них поставить плотный заслон бандитам.
Хорошее решение, хоть и запоздалое. Вот только одно настораживает: забором обносится одна только Северная Осетия-Алания. Но кто мешает закрыть административные границы Ингушетии, Дагестана, Москвы, где происходят не менее страшные террористические акты, массовые убийства людей? Почему не закрывается граница всей России? Ведь уже все понятно, что страна может спасти свою самостоятельность, жизни тысяч своих граждан только изолировав себя от враждебного мира, объявив на своей территории законы военного времени: жестокое наказание как террористов, так и их пособников, невзирая на занимаемое ими положение и банковские счета, уничтожение всех, кто попытается проникнуть на нашу землю с дурной целью.
Закрытые границы, ужесточение борьбы с преступность едва ли можно назвать отходом от демократии, свободы личности. Прекрасный пример тому – те же США после 11 сентября 2003 года. Если же это не делается в России, значит, тому есть основательные причины, которые нам неизвестны. Но в таком случае, это уже не демократия, а нечто иное.
ЧТО? Сохранится, выживет Россия или нет, но ответ мы получим. Ведь уже сегодня все мы знаем, как и почему развалился Советский Союз…
Похожие статьи:
{related-news}
Добавить комментарий